?

Log in

No account? Create an account
я

Сентябрь 2017

Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Закладки

Разработано LiveJournal.com
я

День рождения в Древней Греции. Часть 1. Рождение и первые годы жизни

NB. Как всегда, благодарности: cirrusmaior - за помощь со схолиастами, Гарпократионом и греческим языком и butyagin - за "ойнохойки". ) Пост написан с подачи banshur69.

О днях рождения и их праздновании в Древней Греции я знаю не так уж много. Как же мы представляем эти мероприятия по античным источникам? Здесь, конечно же, в первую очередь, я буду ориентироваться на Афины.


Рождение ребенка проходило дома, при ограниченном количестве домочадцев: «Когда же, Алкивиад, появляемся на свет мы, то, по выражению комического поэта, едва ли и соседи наши это замечают». (Платон. Алкивиад I. 121d; V–IV вв. до н.э.)

Роды принимала знавшая в этом толк рабыня или приглашенная повитуха (майя, майевтрия). После рождения ребенка обмывали в пресной воде. Спартанцы, по слухам, ...

«... обмывали новорожденных не водой, а вином, испытывая их качества: говорят, что больные падучей и вообще хворые от несмешанного вина погибают, а здоровые закаляются и становятся еще крепче».
(Плутарх. Ликург. 16).

Это делалось не только из гигиенических соображений, но как бы смывая скверну родов. Матери также требовалась подобная процедура.

Там, где тобой разрешились у матери мощные недра,
Стала искать она ключ родниковый, в котором могла бы
Нечистоту свою смыть от родов и обмыть тебе тельце.

(Каллимах. Гимн Зевсу. 15-17; 1 пол. III в. до н.э.).

Сын акушерки, философ Сократ (V в. до н.э.), уточняет дальнейшие действия: «А после родов его полагается обнести вокруг очага и толком рассмотреть...» [1].

Как кажется, здесь Сократ смешивает мероприятия непосредственно после родов и церемонию, проходившую обычно через несколько дней после рождения. Но о ней – чуть ниже...

Сократ сравнивает знание, «порождаемое учеником», с новорожденным, а себя – с повитухой, «принимающей детище». Дальнейшие его рассуждения косвенно указывают на то, что акушерка вполне могла по результатам, так сказать, первичного осмотра предложить матери отказаться от ребенка. Очевидно, что в этот момент глава семьи принимает решение о признании/непризнании новорожденного. Это первое признание происходило в oikos/oikia – узком кругу домочадцев (у римлян это называлось familia).

Так же, как и римляне, греки не давали новорожденному имени в течение первой недели. Аристотель (IV в. до н.э.) в «Истории животных» объясняет, почему: «Большинство [из тех детей, которые погибают], погибают до седьмого дня, поэтому и имена детям дают в то время, так как уже больше уверены в их сохранении» (7, 12).

При похоронах мертворожденных или умерших вскоре после рождения детей обходились без обычных ритуалов.

На пятый или седьмой день (в источниках данные разнятся) греки проводили церемонию, которая называлась «амфидромия» (амфи- – вокруг, около, с обеих сторон; дромос – путь, бег). Упоминаний в источниках об амфидромии (как прямых, так и косвенных) вполне достаточно, чтобы мы могли примерно реконструировать порядок мероприятия.

Для начала женщины, помогавшие роженице, омывали руки, таким образом очищаясь от скверны пролитой при родах крови. Ведь для греков кровь как бы материальный источник ритуальной нечистоты, скверны (miasma).

... убитого коснися,
Родильницы иль мертвого - и ты
Нечист
...
(Еврипид, Ифигения в Тавриде, 381-383; V в. до н.э.).

или

Он не сядет на могилу, не приблизится к трупу или роженице: лучше не осквернюсь, думает он.
(Теофраст. Характеристики. Суеверный; IV-III вв. до н.э.).

Снаружи дом украшали в случае рождения мальчика оливковыми ветвями, девочки – шерстяными гирляндами (шерсть отвращала зло, в «Диалогах гетер» Лукиана беременная на сносях посылала служанку за нею на рынок, и символизировала трудолюбие девочки). Эти украшения являлись в то же время и предостерегающими – случайное посещение дома с роженицей могло осквернить гостя.

Приглашался узкий круг родных и близких семье, которые приносили подарки – почему-то морских гадов: осьминогов, каракатиц, кальмаров. Кстати, прямых указаний, что с ними делали хозяева дальше, в источниках нет, очевидно, их съедали на праздничной трапезе.

Очищению также способствовало символический контакт с открытым огнем – костром или очагом. (Правда, сама роженица еще долгое время – более месяца – считалась «нечистой»). Акушерка (или отец), держа новорожденного на руках, обходила очаг. Затем домочадцы и гости следовали ее примеру. Возможно (судя по названию церемонии), они даже бегали вокруг огня, кажется (не могу сказать точно), есть упоминания и о танцах. Помимо очищения, нового члена семьи представляли домашним божествам и совершали особое жертвоприношение – genetlia.

Это жертвоприношение следовало принести в любом случае просто по факту рождения отпрыска. В трагедии Еврипида «Ион» Креуса становится жертвой страсти Аполлона и отказывается от родившегося от этой связи ребенка. Позднее её супруг по оракулу обретает сына в юном прислужнике храма Аполлона в Дельфах и спешит принести запоздалую «жертву рождения».

Креусы муж когда покинул храм,
С собой увел и найденного сына.
Он пир тогда ж замыслил, чтоб богов
Торжественным благодарить служеньем;
Сам в горы царь направился, где пламя
Диониса колеблется. Его
Он оросить сбирался кровью тельчей
Двуглавую вершину. Сыну ж так
Он приказал: "Велишь шатры раскинуть
Ты мастерам, а если слишком я
За жертвою рождения промедлю,
Пусть без меня собравшимся гостям
Предложат пир". И, взяв телиц, он отбыл...

(Еврипид. Ион. 1122-1132; V в. до н.э.).

Гарпократион указывает, что «бег» совершался не вокруг очага, а вокруг алтаря Гестии (хотя очаг и был, собственно, символом Гестии). В целом, этим «бегом» ребенка отдавали под защиту богини. Очистив себя и дом от скверны, участники праздника переходили к следующему действу – поздравлениям родителей и вручению подарков – opteria.

Вообще же было принято одаривать нового члена семьи (в широком смысле) при знакомстве с ним. Необязательно это знакомство происходило вскоре после рождения. Бабушка Аполлона – титанида Феба – владела святилищем в Дельфах, которое подарила внуку при рождении.

Вместе с именем
Престол дан, бабкой внуку в колыбельный дар.

(Эсхил. Эвмениды. 7; V в. до н.э.).

А сестра Аполлона – Артемида – получила подарок от брата – Гефеста, впервые увидев его, будучи уже трехлеткой.

Ты же, о Дева, и раньше, трехлетней еще, не страшилась.
Было: Лето на руках принесла тебя в гости к Гефесту,
Что тебя пожелал повидать, одарив для знакомства.

(Каллимах. Гимн к Артемиде. 73-75; 1 пол. III в. до н.э.).

К слову, на протяжении шести недель после рождения ребенок и мать регулярно участвовали в очистительных церемониях. Часто в этот период забота о ребенке ложилась на другую женщину – бабушку, повитуху, кормилицу (в богатых домах).

На десятый день семья новорожденного вновь устраивала праздник, о котором говорил Аристотель (см. выше). Гости, а их приглашалось гораздо больше, нежели на амфидромию, приходили на церемонию наречения. О ней есть упоминания у Аристофана ("Лисистрата", 757 [2] и "Птицы", 494 [3]; V в. до н.э.), есть у Еврипида (в дошедшем до нас фрагменте «Эгея»; V в. до н.э.), соотв., все это есть и в Суде (Х в.). Однако, как кажется, такие празднования позволяли себе люди зажиточные, бедняки же объединяли амфидромию с днем наречения.

Имя давал отец во всеуслышанье. Исей (IV в. до н.э.) в речи «О наследстве Пирра» говорит: «... дядья Пирра, утверждающие, что они присутствовали на праздновании десятого дня, засвидетельствовали, что отец дал ей имя ее бабушки Клитареты». (3, 30). Очевидно, на церемонии наречения отец, давая дочери имя, пояснил присутствующим свой выбор.

Этот «десятый день», dekate, являлся как бы вторым, более широким, признанием отцовства.

«... никто не справлял бы десятый день рождения ребенка, если бы не считал себя его отцом; и что, напротив, тот, кто уже справил этот праздник и проявил отцовскую любовь, не осмелится потом отрицать свое отцовство».
(Демосфен. Беот. 22; IV в. до н.э.).

Что касается полного очищения женщины от скверны, то римский писатель первой половины III в. н.э. Цензорин сообщает: «Потому в Греции особо отмечают 40 дней: ведь и беременная до 40 дня не входит в храм, и после родов большинство рожениц 40 дней слабы и не удерживают крови, и малыши почти все это время болезненны и не улыбаются, и состояние их небезопасно. Потому, когда этот день проходит, обычно устраивают праздник; этот срок называют tesserakostaion». (О дне рождения, XI).

В этом же – первом после рождения – году в пианепсионе (середина октября – середина ноября) на третий день праздника под названием Апатурии отцы представляли родившихся в этом году своих законных сыновей собранию фратрий и вносили его имя в списки своей фратрии. По сути, на этом празднике происходила третье признание отцовства и гражданская регистрация ребенка в общине.

«И отец наш, когда мы родились, ввел нас в свою фратрию, поклявшись в том, что вводит нас по установленным законам действительно рожденными от гражданки и помолвленной жены, а из членов фратрии никто не возразил и не оспорил, утверждая, что это неправда, хотя их было много и они тщательно рассматривали такие вопросы».
(Исей. Кирон. 19; IV в. до н.э.).

Незаконнорожденных тоже можно было представить членам фратрии и внести в списки. В 39 речи Демосфена (IV в. до н.э.) рассматривается дело законного сына против двух его незаконнорожденных братьев. Всех трех отец представил на Апатуриях, причем незаконнорожденных – уже взрослыми, признав своими вследствие хитрости их матери. То есть, было никогда не поздно официально признать отпрыска. Однако признание отца не означало признание социумом – против принятия бастарда (как, впрочем, и законнорожденного) во фратрию могли выступить её члены. Причины могли быть разные. Например, Плутарх упоминает, что незаконнорожденному сыну Перикла от Аспазии мешало стать «мужем» (то есть, приличным человеком) занятие последней. (Плутарх, Перикл, 24).

Впрочем, это был праздник не только отцов и годовашек, но и других мальчиков, постарше. Они принимали участие в самодеятельном концерте, где декламировали стихи.

«Случилось это у нас в третий день апатуриев, называемый куреотис. Обычное для нас, детей, празднование этого дня повторилось и на тот раз; потому что отцы выставили нам награды за чтение рапсодий. Из многих поэтов и много тогда прочитано было стихотворений; а как некоторую новость для того времени, пропели многие из нас, детей, и стихотворения Солона».
(Платон, Тимей, 21В; IV в. до н.э.).

Следующий праздник, когда детям уделялось внимание только за то, что они дети, когда их украшали цветочными гирляндами и дарили игрушки – это Анфестерии, происходившие с 11 по 13 число одноименного месяца (середина февраля – середина марта). Участвовали в празднике дети от трех лет.

Впоследствии – ежегодно – греки никак не отмечали дни рождения детей. Более важными для родителей были этапы взросления детей: для девочек – участие в праздниках женских богинь, например, а для мальчиков – спортивные состязания и прочее, вплоть до эфебии.
В комедии Аристофана «Лисистрата» женский хор перечисляет, в каких религиозных церемониях могла участвовать маленькая афинянка:

Семь годков было мне,
В сумке шерсть я несла.
В десять лет зерно молола для владычицы святой.
В платье алом, во Бравроне, я медведицей была.
Дочь отцовская,
Потом я шла с корзиной,
Спелых смокв гроздь неся.


То есть, семилетней героиню песни избрали в аррефоры (см. Панафинеи и Халкейя), в 10 лет она как алетрида участвовала в приготовлении бескровных жертв Афине, потом плясала среди переодетых в медведицы жриц культа Артемиды Бравронской на празднике Арктейя, затем вновь участвовала в Панафинеях в качестве канефоры. Все эти события были для девочки и ее семьи (и социума в целом) гораздо важнее дня рождения.


Примечания:

[1] Сократ. Диалог «Тэетет», стр. 160Е. В русских текстах диалога (1 или 2) в интернете нет указания строк, поэтому их я уточнила по английскому изданию.

[2] Вновь русский перевод в сети не дает не только строк, но и подстрочника, называя «десятый день – tenth day» английского перевода «именинами». В оригинале Аристофан прямо называет этот день «амфидромией», но схолиаст указывает «десятый день».

[3] Русский перевод указывает лишь «Праздник был в честь рожденья ребенка», но греческий оригинал прямо говорит, что день был десятым.



На фотографиях: краснофигурные ойнохойи, т.н. хусы (по мере объема в 3,24 литра), использовавшиеся во время празднования Анфестерий. Часто на них изображались сценки с детьми.



















Comments

О, вернуууулась :))
Не бойся, я с тобой! )
ну вроде никакого особенного криминала

ну разве что омывать новорожденных вином - это перебор и лишнее
Микробов убивали и потом дети приятно пахли винишком. ))
Спасибо. Очень интересно.
Хотя, без дней рождения немного грустно.
У них было гораздо больше поводов что-то праздновать, чем у нас. )
Недавно для себя открыла ваш журнал. Буду все перечитывать. Спасибо большое, очень интересно!
Вот купцам мороки было переводить свое родное летоисчесление в календарь метоприбавания..