?

Log in

No account? Create an account
я

Сентябрь 2018

Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Закладки

Разработано LiveJournal.com
rome

Слово о любви, преданности и нежности, прошедшее сквозь века

Поскольку, как все вы уже, наверное, заметили, что я больше люблю писать об обычной жизни древних римлян, нежели чем о каких-то выдающихся событиях, поговорим о самом что ни на есть обычно – о любви.

Плохо быть античным рабом, это ведь не человек, – безгласное орудие, не имеющее прав и чувств. Правда, такое отношение общества вовсе не лишало раба чувств по-настоящему, однако выразить их он не мог, они просто не учитывались окружающей действительностью, что, тем не менее, не отменяло родственных и семейных связей внутри рабской части фамилии.


Человек ведь не изменился с течением времени. Даже теперь – с оформлением социального права индивидуума на одиночество и асексуальность, не осуждаемые обществом, – большинство людей рады, если находят кого-то, кто разделяет их внутренний мир. Рабам приходилось, конечно, неизмеримо тяжелее, чем избалованным обилием видов взаимоотношений людям XXI века. Их желание быть любимыми обуславливалось более объяснимыми чувствами – стремлением к «простому человеческому счастью», ощущению защиты и чьей-то привязанности, а также продолжению рода, что для античных людей было намного более важным, чем для нас.

Существовало несколько процедур отпуска на волю раба, после которого последний приобретал статус вольноотпущенника. И этот статус уже позволял новому, пусть и не полноправному, члену римского общества оформлять свои чувства вполне законно. И вот с этого момента мы уже можем наблюдать те самые человеческие чувства, в которых было отказано рабу. Пожалуй, самым большим пластом информации о них являются погребальные надписи, помимо обычных для римских надгробий указаний родственных связей и места в социуме включающие и чудесные трогательные эпитафии.

Два греческих (на это указывают их собственные имена – Гермион и Филемато) раба одного владельца после отпуска на волю решили узаконить свои отношения браком и прожили, судя по стихотворной эпитафии, вполне счастливую семейную жизнь.



Надпись от имени супруга (слева): "Я – Луций Аврелий Гермион, вольноотпущенник Луция, мясник, работающий на холме Виминал. Эта женщина, Аврелия Филемато, вольноотпущенница Луция, которая ушла из жизни раньше меня, моя единственная жена, целомудренная телом, преданно любившая своего верного мужа, жила равной ему в верности, без себялюбия, которое отвлекало бы ее от долга ее".

От имени супруги (справа): "Это Аврелия Филемато, вольноотпущенница Луция. При жизни меня звали Аврелией Филемато, благонравной, презирающей подлость толпы, преданной своему мужу. Он был тоже из вольноотпущенников, теперь разлучен со мной, увы! Он был для меня больше, чем отец. Он взял меня к себе на колени, когда мне было 7 лет, – и теперь, спустя сорок лет я умерла. Он был первым среди людей, потому что я была ему преданной и верной супругой". (перевод: Напп Р. «Скрытая жизнь Древнего Рима…»)



Можно пофантазировать (это дело я люблю) и представить, как бывший раб, ставший мясником, выкупил у бывшего хозяина девушку моложе себя, к которой прикипел сердцем, еще будучи рабом. С ней он прожил совсем не короткую жизнь, знал её долгих 40 лет и пережил её. Более того, похоронив супругу, Гермион не женился второй раз. Наверное, детей у них не было, иначе бы это нашло отражение в эпитафии.

Конечно, такие надписи своим содержанием были в некоторой степени – оборотов и перечислений добродетелей, особенно женских, – условными, но сомневаться, что у Гермиона и Филемато была любовь, мне кажется, не приходится.



Обратите внимание на яркий патриархальный жест Гермиона и вообще изображение супружеской пары в виде римских граждан, что, несомненно, свидетельствует, в частности, об отрыве от этнических корней. Ну, и не забываем, что надгробие заказал Гермион, конечно, а не его жена.

Для любителей римской истории, которым недостаточно моих романтических историй, ниже привожу информацию по надгробию. 😉



Каменный надгробный рельеф (CIL 1.1221 = CIL 6.9499 = ILS 7472) высотой 58,42 см и шириной 104,14 см найден в гробнице на древней Номентанской дороге (via Nomentana), ведшей из Рима в город Номент. Изготовлен он около 80 г. до н.э. и, соответственно, является одним из самых ранних рельефов со свидетельством о браке вольноотпущенников. Хранится в Британском музее.

Латинский текст слева:
]RELIVS · L · L
]ERMIA
]NIVS · DE COLLE
VIMINALE
]AEC · QVAE · ME · FAATO
PRAECESSIT · CORPORE
CASTO
]ONIVNXS · VNA · MEO
PRAEDITA · AMANS
ANIMO
]DO · FIDA · VIRO · VEIXSI[
STVDIO · PARILI QVM
]VLLA · IN AVARITIE
CESSIT · AB · OFFICIO
]VRELIA · L · L

Латинский текст справа:
AVRELIA · L · L
PHILEMATIO
VIV · PHILEMATIVM · SVM
AVRELIA · NOMINITATA
CASTA · PVDENS · VOLGEI
NESCIA · FEIDA · VIRO
VIR · CONLEIBERTVS · FVII
EIDEM · QVO · CAREO
EHEV
REE · FVIT · EE VERO · PLVS
SVPERAQVE · PARENS
SEPTEM · ME · NAATAM
ANNORVM · GREMIO
IPSE · RECEPIT · XXXX
ANNOS · NESCIS · POT[
ILLE · MEO · OFFICIO · EO[
ADSIDVO · FLOREBAT · AD O[

Comments

Господи, аж прослезилась.

А ведь это писал мужчина. ;)
Здорово!
Да, сейчас так не напишут. )
И надгробья такие почти не ставят...
...
Так просто и так пронзительно...
Да. Даже сквозь стандартные формулы погребальных надписей прорывается личное. Например, на мой взгляд, во фразе "он был для меня больше, чем отец".
...отрыве от этнических корней. Да ну, Греция так то провинция Рима уже давно была к этому времени давно) Особо отрываться то не пришлось, наверное)
Всего-то лет 70. )
Но тут дело, скорее, в двух вещах: а) надгробие все же вещь стандартная, б) думаю, они были счастливы получить наконец римское гражданство, хоть и с ограничениями для вольноотпущенников.
Наверное. Больше уважения. А вольноотпущеники, как люди социально ущемленные, особо чувствительны к таким вещам и тщательно старались и при жизни походить на полноценных римских граждан). Это богатый патриций мог себе позволить повыпендриваться в варварских одеждах, хотя не на надгробном памятнике, конечно).
Да. Думаю, это совсем другая жизнь. Вот просто водораздел по моменту отпуска на волю.

Еще меня, конечно, трогает такой момент. Вот представьте, он же отпущен на волю уже, что мешает женить на другой свободной женщине? Наверное, ничего, но ему нужна вот эта Филомато. Возможно, добрый Луций отпустил её на волю просто так, но в этом мало верится, и, скорее всего, Гермион ее сам выкупил. Возможностей выкупиться женщине самой было не так уж много. Получается такая выстраданная жена. )
Ну возможен и такой вариант: они еще во время рабства де- факто были мужем и женой. Это юридически они не могли жениться, а де- факто- вполне могли, если хозяин не возражал. Ну а перед смертью он мог вполне их отпустить вместе. Особенно, если у него наследников не было. Впрочем, вряд ли мы это когда- нибудь узнаем)
Да, к сожалению, текст эпитафии мало дает, тем более, нам - неспециалистам.